ООО «Издательство Агрорус»

Свежий номер # 04 за 2019 г.

Подписаться на бумажную версию газеты

Огурцы вырастим на Марсе

Никакая перепись не поможет, если государство не определится с аграрной политикой

кризисом сельского хозяйства в разное время сталкивались все страны. Наши аграрии любят приводить в пример японцев, которые решили преодолеть кризис 1950-1980-х гг. посредством "усиления заботы" о крестьянах. Те на своих маленьких клочках земли (в среднем меньше гектара) выращивали рис, который японское правительство покупало по цене, в четыре раза выше мировой, потому что производство на таких маленьких участках с минимальным использованием машин и достаточного набора удобрений, естественно, было неэффективным. Но при этом не говорят, чем это кончилось. Между тем Япония отказалась от такой модели. Правительство и бизнес стали предоставлять крестьянам другую работу, а взамен покупать на мировых рынках дешевое продовольствие. В короткий срок Япония раскинула по всему миру сеть своих совместных производств. Таким образом, японское сельское хозяйство рассредоточено по планете, а страна обеспечивает свою национальную продовольственную безопасность.
Это вовсе не значит, что нам нужно выбрать именно такую модель. Но Россия сегодня переживает период, когда крестьянство как полунатуральный-полутоварный производитель сходит с исторической сцены, исчезает. В развитых аграрных капиталистических странах этот процесс прошел в ХVIII-ХIХ веках. Но в России из-за того, что крестьянство в советское время было искусственно превращено в наемного работника государства, его функция как полунатурального-полутоварного производителя была законсервирована.
Взамен государство не предложило каких-либо рациональных способов последовательной смены главной фигуры на селе. Во-первых, потому что это влекло за собой чрезвычайную ответственность. Во-вторых, потому что требовало серьезных усилий, в том числе административных и экономических. Похоже, что все российские правительства, включая нынешнее, от этой функции благополучно устранились, хотя прекрасно понимали, что сельское хозяйство деградирует, а народ спивается. Таким образом, негласно была принята форма перехода от производителя-крестьянина к аграрному предпринимателю. Но если в XVII веке англичане, сгоняя крестьян с земли как неэффективных натуральных производителей, размещали там предпринимателей с их овцами, то в России процесс происходит спонтанно.
Сельскохозяйственная перепись как раз и дает представление о том, что происходит в действительности. Но она лишь фиксирует хаотичную и пеструю картину. При этом мотивы, по которым в определенном месте производится определенный вид продукции, например подсолнечник, она не выявляет. Да и не может. Потому что этих мотивов не знает никто, включая Минсельхоз. При советской власти сельское хозяйство было таким, каким его желали видеть партия и правительство. Никто не считался с затратами и с эффективностью. На практике не применялись научно обоснованные рекомендации выращивания тех или иных видов сельскохозяйственных культур, разведения тех или иных видов животных в природно предрасположенных к тому аграрных регионах.
Но и сейчас научной основы в работе Минсельхоза не наблюдается. Наоборот, оттуда исходят фантастические идеи. Как хорошо, говорят, например, в министерстве, что сейчас наши производители не имеют достаточно денег на химические удобрения: благодаря этому мы начинаем выращивать экологически чистую продукцию и становимся конкурентными на мировом рынке. Но ведь это полная глупость! Потому что экологически чистая продукция на Западе требует таких затрат труда, что ее цена на рынке выше обычной, выращенной интенсивными способами продукции, на 30-50%, и то при очень эффективно налаженном производстве. У этой экологически чистой продукции есть свой (очень ограниченный) потребитель: не все могут себе позволить платить за булку хлеба в полтора раза больше только потому, что зерно для нее выращено без применения химических удобрений. Эта продукция требует особых, более серьезных усилий.
Не до конца продумана и идея национального проекта, призванного помочь аграрному сектору. Весь его смысл в том, чтобы кредиты были направлены в нужные русла и доведены до конечного потребителя. Но никто не подумал о том, что крупным холдингам-предприятиям ничего не стоит освободить специально двух-трех юристов, которые будут месяц-полтора заниматься оформлением кредита по национальному проекту. А представьте ту же ситуацию - необходимости специальной работы экономистов и юристов - для хозяйства, которое еле сводит концы с концами. Оно выпадает из потребителей национального кредита. Вероятно, тут могли бы помочь наемные менеджеры, чью работу частично оплатило бы хозяйство, частично - государство: они помогли бы не имеющим должных сил сельхозпроизводителям получать кредиты. И таких идей можно придумать множество - их подскажут сами производители, с ними лишь нужно разговаривать.
Что же ждет наше сельское хозяйство? За последние 50 лет мы проспали несколько научно-технических революций - и "зеленую", и комплексную (использование химикатов и селекции), а сейчас активно ругаем трансгенную. В то же время за последние 20 лет степень насыщенности нашего сельского хозяйства кадрами, да и уровень их подготовки снизились чрезвычайно. Естественно, все это отражается на эффективности производства. В конце 1980-х годов наша страна занимала по урожайности вполне приличное место в мире, находясь где-то в середине списка. Сегодня Россия со своими 20 центнерами урожайности зерновых с гектара на одном из последних мест. Современный мясокомбинат не может брать нашу среднестатистическую, выращенную в российской глубинке буренку, которую где-то примитивным образом забили и разделали. Этому мясокомбинату, который выпускает от 100 до 150 видов мясной продукции, нужны совершенно определенные кондиции, части тела животного, определенное соотношение мяса и жира. Но у нас, увы, осталась та же технология, которая была и в середине, и в начале ХХ века.
Чтобы окончательно не похоронить наше сельское хозяйство, государство должно определить главное: какие продукты и в каких районах могут быть получены с наименьшими экономическими затратами и с максимально высокими результатами - урожаями, надоями, привесами. Иными словами, нужно добиться совмещения эффективности производства с природными возможностями конкретного региона. На уровне отдельных предпринимателей этого сделать нельзя: каждый из них руководствуется своим узким частным интересом. Эти вопросы должны отслеживаться государством. А потому, чтобы преодолеть кризис и отставание от мирового агрокомплекса, нужно начинать с реструктуризации под эти цели самого Минсельхоза. Там должны появиться другие люди с другими мозгами и представлениями о том, что и как нужно делать.
С. Никольский, www.mn.ru

Новое место статьи